четверг,12-е
И один в поле воин, если знает, что он один /// - Objection, soldier? - No... Sir!
Опять мои впечатления о книге, с кучей спойлеров, в том числе и к развязке.

изображение

Впечатления получились двойственными.

С одной стороны, очень классное начало, завязка, мир и Система. С другой стороны - подкачавшая вторая половина книги и дурацкая голливудская развязка, включая драку главного героя с главным плохишом на балкончике в секретном месте над суперкомпьютером с последующим взрыванием этого самого компьютера.

Итак, что мне понравилось: Мир и Система.
- Люди подчиняются суперкомпьютеру - УниКомпу. Он все знает обо всех, и все решает. Люди в обществе счастливы, благодарны, добры, кротки и спешат на помощь другому. УниКомп был построен инженерами относительно недавно и находится в Альпах.
- Люди каждый месяц получают "лечение", которое им прописывает Уни. Обожаю эту тему. Весь мир - психушка с небуйными психами под препаратами.
- Ученые работают над тем, чтобы люди были как можно более идеальными, то есть безликими. Все с одинаковым цветом кожи, одинаковым разрезом глаз, одинаковыми волосами. Девушка с округлой грудью считала себя ужасной. Да и вообще, все должно быть одинаковым и идеальным.
- У людей почти нету личных вещей, они умещаются в вещмешок, вся одежда (комбинезоны) одноразовая и выдается. Да, денег там нету вообще. Все выдается, если Уни решит, что член это заслужил. Постоянного жилья тоже нету, людей постоянно переводят с одного места работы на другое (например, в АФР на 2 года, в ИНД на полтора, в ЕВР на пять).
- У каждого члена (там все так называют себя и других) есть Советчик, который выполняет роль священника в исповедальне. Член услышал или увидел что-то плохое, приходит к советчику, все рассказывает ему. Советчик благодарит, по необходимости назначает дополнительное лечение (за что его благодарит член), передает информацию Советчику того члена, который что-то не так сделал, того тоже лечат, тот тоже благодарит своего Советчика и того члена, который его сдал. Так было много раз за книгу, и после усиленного лечения даже самые радикально настроенные и агрессивные члены горячо благодарят за лечение, и ужасаются тому, какими "больными" они были. Хотя на самом деле они просто выходили из-под действия препарата.
- У каждого члена с рождения есть браслет, который он прикладывает к сканеру, которые повсеместно натыканы, чтобы пройти куда-то или взять что-то. Что очень понравилось: если ты не приложишь браслет к сканеру, ты все равно пройдешь. Но у людей эта мысль вызывает ужас: Уни ведь тогда не будет знать, где мы и что с нами. То есть по факту в этом абсолютная добровольность, но абсолютно все этому подчиняются. Ну кроме "больных".
- Существует всего лишь 4 мужских и 4 женских имени. Иисус, Карл, Ли, Боб - мужские, по именам священных лидеров прошлого. У каждого члена есть имя и номер.
- Секс - только в ночь с субботы на воскресенье. Желание подавляется лечением. Члены, ухитрившиеся не получать лечение, поначалу удивляются, что можно заниматься сексом так часто и в любое время.
- Очень понравилось: поскольку в их обществе нету жестокости, она и любое ее проявление считаются чем-то ужасным и отвратительным. Поэтому страшным ругательством считаются слова Драка и Ненависть. "В драку тебя!!!" - это посыл на три веселых буквы.
- Провинившихся членов не осуждают. Не стыдят. Не угрожают им и не наказывают. Их просто лечат, а они потом сами себя винят за проступки и благодарят за лечение. Вот этот момент меня очень зацепил, заставил остановиться, задуматься, примерить на себя. Да, определенно, с таким подходом они не будут бояться рассказать о своем проступке. "Ты знаешь, советчик, у меня возникли вчера мысли, что Уни плохо управляет нами, и члены сами должны решать, как им жить. Меня это беспокоит. - Сейчас, брат мой, я попрошу у Уни, чтобы он дал тебе внеочередное лечение. - Спасибо, брат. - Спасибо Уни." Ха. Да в "1984" за такое бы 3 года в застенках продержали! А в "Мы" просто вырезали бы кусок мозгов, делов-то.
Но не здесь. Здесь главный герой перестал принимать лечение и стал нормальным, проснулся от транквилизаторной заторможенности, а далее: был в секретной группировке, участвовал в их сходках, замышлял переворот и побег, морально разлагался, а под конец вообще совершил несколько нападений, затеял драку - и ничего, его поймали, дали дополнительное лечение, он все им рассказал и сдал своих друзей (помогите им, пожалуйста, вылечите!), и ничего - не порицали, не обвиняли, а успокаивали, избитые им люди присылали ему цветы, а он винил себя и ужасался, каким же он был больным, и как хорошо что его вылечили.

Под конец, когда Система отошла на десятый план, я стал гадать, какой же будет развязка. Оказалась она как у Азимова в "Профессии", герой собрал команду, герой пошел на штурм Уни, чтобы уничтожить его - а там их встретили аплодисментами и сказали, что раз они пришли сюда, значит они сами достойны быть программистами, они теперь высшее общество, и вот вам еда, вино и женщины, и на самом деле не Уни всемогущий, а они над ним стоят.

А вообще, я не могу даже предположить, как бы на самом деле вел и ощущал себя человек после отмены таких мощных препаратов, принимаемых на протяжении всей жизни. И насколько его поведение и понятия соответствовали бы "нормальному" человеку в нашем понимании (а именно таким потом описан герой), и почему он так легко принял жестокость.

Все эти годы он был внешне нормальным, всем довольным членом Семьи. Он хорошо выполнял свою работу, принимал участие в занятиях спортом и активно отдыхал, каждую неделю занимался сексом, каждый месяц звонил домой родителям и каждые шесть месяцев навещал их, вовремя приходил на телевизор и на лечения, а также на встречи с советчиком. Он не испытывал дискомфорта, о котором следовало бы сказать советчику: ни физического, ни морального.

Но внутри, напротив, он был далеко не нормален. Чувство вины, с которым он оставил Академию, заставило его скрыть его от следующего советчика, потому что он хотел сохранить чувство, которое, хотя и было неприятным, было самым сильным, которое он когда-либо испытывал, и странным образом это чувство расширяло границы его бытия, и то, что он скрывал ощущение своей вины от советчика – не говорил ни о каком дискомфорте, изображал спокойного, удовлетворенного всем члена – с течением лет переросло в привычку не раскрываться перед другими, постоянно следить за собой. Все стало для него под вопросом: унипироги, комбинезоны, одинаковость комнат и мыслей членов, а особенно работа, которую он делал, завершение которой, как он видел, только упрочит общую одинаковость. Конечно, у него не было другого выбора, вообще не было, видно, никакого выбора, но тем не менее он не рассказывал о своих состояниях и продолжал мучиться вопросами. Лишь в первые дни после лечений он действительно был таким членом, каким казался.

Только одно в мире было несомненно правильным: рисунок лошади, выполненный Карлом. Чип вставил его в рамку – не из центра снабжения, а в самодельную, из реек, которые он отодрал с задней стороны ящика стола и отполировал – и повесил у себя в комнате в США, у себя в комнате в Инд, у себя в комнате в Кит. Было гораздо приятнее смотреть на этот рисунок, чем на «Веи разговаривает с химиотерапевтами» или «Маркс за работой», или «Христос изгоняет менял из храма».


Да, и кстати, все обложки этой книги в сети какие-то дурацкие. Я бы сделал что-то вроде вот такой обложки, по книге потом будет очень хорошо понятно, почему именно такую.
изображение

@темы: обсудим?, проза, фантастика