Очень люблю книги о подростках и выживании – будь то необитаемый остров или гладиаторская арена. И все же после «Повелителя мух» и «Королевский битвы» (ну, может, еще стоит упомянуть «Рыцарей сорока островов») вряд ли будет написано нечто столь же сильное, выворачивающее внутренности и душу наизнанку. После вышеназванных произведений я проклинала авторов за то, что они такое написали, что я это прочла и что мне, черт возьми, настолько понравилось. После каждого из них я приходила в себя не один день – настолько глубоко яд этих книг проникал в кровь…
«ГИ» прочитались быстро (буквально часа четыре) и спокойно. Я с удовольствием прочту продолжение, когда найду, но перечитывать книгу вряд ли стану. Не потому, что плохо или неинтересно написано. Просто потому, что есть произведения и получше.
Тут все несколько предсказуемо и однобоко. Я с легкостью догадывалась, как Китнисс попадет на Игры, сколько баллов наберет на демонстрации и с кем заключит союз. Разве что, не зная, что это серия, я все же до последней страницы ожидала крутого поворота, который поставит красивую точку.
Мне не хватило деталей, диалогов и разных характеров. Три дня «Королевской битвы» описаны более чем на трехстах страницах (нет книги под рукой, увы), автор заглянул в голову почти каждого из 42 участников. Здесь же прошло несколько недель, а я так и смотрела на мир глазами героини на протяжении всего сотни с лишним страниц. Я хотела узнать, как пряталась Лиса, как переживала маленькая Рута, как жил до Игр Цеп, как решился стать профи Катон. Ничего этого не было показано.
И как-то не понравилось мне поведение героини. Она – дочь шахтера, выросшая в голоде и нищете, не признающая рамок и ограничений – уж больно много думает о камерах и о том, как будет выглядеть на экранах. Даже не о сестре и маме, которые испугаются ее слез, а именно об аудитории – вот тут я для них загадочно улыбнусь, их заинтригует, а вот тут украшу мертвое тело цветами – это произведет впечатление. Возможно, это она сделала совершенно искренне, но сопровождающие действие мысли испортили всю картину.